Пресса / Одна дома

 Культура, 16 ноября 2006 года
            Елена Федоренко
            Одна дома
            Музыкальный театр им. К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко
            открылся премьерой
            "Золушка" в хореографии Олега Виноградова дала старт регулярному
            сезону на фантастически отреставрированной Основной сцене в уютном,
            пережившем пожары и ремонты театре. Музыка Сергея Прокофьева с ее
            эмоциональными безднами, где соседствуют трагические глубины и
            искрится гротеск, принадлежит к самым что ни на есть загадочным
            балетным партитурам. Решить загадку отважился главный дирижер театра
            Феликс Коробов, он сумел, и небезуспешно, постичь ее таинственный
            драматизм. Оркестр звучит и тревожно, и светло, подчас взлетая до
            метафизических высей и ни в чем не искажая найденных звучаний в
            угоду балетным ножкам.
            Разгадать тайну музыки, написанной в военные 40-е годы, считают
            делом чести многие хореографы, начиная с Ростислава Захарова -
            автора первой постановки, осуществленной в победном 1945-м. Из
            "Золушек" последнего десятилетия необычными были и замарашка из
            коммунального плена (балет Алексея Ратманского в Мариинском театре),
            и амбициозный спектакль Юрия Посохова в Большом, а героиня Раду
            Поклитару служила в борделе, что немало возмутило наследников
            композитора, добившихся закрытия спектакля в Латвийской Опере.
            Музтеатр выбрал версию известного хореографа Олега Виноградова,
            давно поменявшего положение одного из лидеров отечественной
            хореографии (напомним, Виноградов возглавлял Кировский театр) на
            несколько "западных" ролей, - сегодня он руководит балетной
            академией в Вашингтоне и труппой в Сеуле. Готовый спектакль оказался
            вполне адекватным замыслу; что говорил балетмейстер, то и выполнил:
            "Я ставлю сказку, и только сказку - ту самую, которую слышал от
            мамы, а сегодня рассказываю своему пятилетнему сыну"
            "Золушку" Олег Виноградов впервые поставил в Новосибирске в 1964
            году. Имевший громкий успех спектакль поспешили причислить к
            балетной классике XX века, и судьба его (либретто Николая Волкова по
            сказке Шарля Перро) складывалась на бис - виноградовский opus
            приняли в репертуар двадцать театров со всего света. Ставилась она
            ровно так, как ставятся шедевры, - без существенных изменений в
            хореографическом тексте. Правда, менялись художники, соавтором в
            этом спектакле вновь выступил Валерий Левенталь. Его оформление тоже
            сказочно. Как оформление доброй детской книжки. И золотая карета, в
            которой Золушка отправляется на бал, и забавный велосипед Короля, и
            танцующая посуда. В мире замарашки - все оттенки теплой коричневой
            гаммы, в дворцовых запах - вся чрезмерность и кучерявые излишества
            рококо. Одеты персонажи тоже избыточно, что радует глаз и сказке не
            противится (художник по костюмам Галина Соловьева). Огромный парик
            Короля, в котором он смахивает на персонажа исторического, носящего
            то же имя, головной убор одного из придворных украшен парусником, а
            уж сколько рюшечек, ленточек и подвязочек в дамских нарядах!
            Виноградов декларирует: "Золушка" - спектакль о добре, любви и
            красоте. Добро побеждает зло, а тот, кто терпит, бывает вознагражден
            (насколько верно, настолько и тривиально, правда, современная
            молодежь уже давно сие почитает за банальность и в чудеса мало
            верит). Награда в балете должна быть балетной, и Золушка получает в
            подарок пуанты, а феи учат ее волшебному танцу на самых кончиках
            пальцев. Вот только вопрос - отчего же и сестры, и Мачеха с первого
            своего появления уже танцуют на пуантах? Впрочем, это детское
            "почему"...
            Еще Виноградов рассказал, что его балет - не просто история про
            усердную девочку с добрым сердцем, но и повествование о талантливой
            личности. Она -"одна дома" - не предается унынию: начистила бока
            чайникам и горшкам и пустилась с ними в пляс. Будто посылают нам
            один из многочисленных добрых приветов авторы достопамятной
            киноленты с Яниной Жеймо в титульной роли. Сказку рассказывает Фея
            (Ольга Сизых). Рассказ выходит весьма традиционным как по мысли
            ("будешь делать добрые дела - тебя увидит фея"), так и по языку
            (самый избитый набор, укомплектованный из па классического
            экзерсиса: перекидные жете, туры в воздухе и бесконечные арабески).
            Старомодны мизансцены: вышли шеренгами (будь то модистки или
            гвардейцы), выполнили стандартный набор середины утреннего класса и
            ушли.
            Вопрос ребром: почему так безнадежно устарел этот балет именитого
            шестидесятника? Откуда рождением провинциальная скука, что
            поселяется на глазах в, казалось бы, легком балете периода оттепели?
            Ничего, кроме пресловутого исторического фактора, на ум не идет:
            хореографы новой волны воспевали классику и клеймили (по заслугам)
            пантомиму, которая решала все фабульные повороты, уступая танцу лишь
            там, где того требовал сюжет. Потому смею предположить - в
            историческом "далеко" с его борьбой между танцем и не-танцем
            новаторскими выглядели гротескные сцены Мачехи-сестер и
            Короля-свиты. А сегодня это уже странно, когда вышеназванные дамы
            буквально на одно лицо (не определишь, где стар, где млад, кто
            Злюка, кто Кривляка, ибо паясничают все и одинаково в рамках не
            лишенного изобретательности текста). Время доказало, что не только
            пантомима может быть иллюстративной, но и... танец! Каждая из
            исполнительниц (Мачеха Ирины Белавиной и Галины Ищенко, Злюка Юлии
            Беловой и Оксаны Кардаш, Кривляка Анны Воронковой и Ольги
            Приходцевой с предложенной хореографией, построенной по принципу -
            заполнить движением едва ли не каждую нотку, - справляются без
            труда) заслуживает своей характеристики: трио могло бы состоять и из
            индивидуальностей.
            Сцены с пикантным Королем (выразительная работа Дениса Акинфеева,
            некогда замечательного Тома Сойера из одноименного спектакля
            "Кремлевского балета") приправлены остроумием, но позволяют гораздо
            больше разыграться фантазии хореографа. Развернутая картина фей
            доказывала безграничные возможности классики (это - не единственная
            танцсюита спектакля), и потому возникали отсылы то ко второму акту
            "Жизели" то к Сну Дон Кихота. Но ведь времена, когда приходилось
            доказывать, что танцевать в балете нужно всегда, а классика - наше
            все, давно ушли, забрав с собой и пластическую актуальность
            "Золушки" 60-х.
            В результате - заторможенная по ритму старомодная история, с
            которой, как минимум, не худо смести пыль десятилетий.
            Хореограф был не очень доволен кордебалетом театра. Напрасно. После
            скитаний по чужим сценам массовка сумела сохранить единство (пускай
            немного суховатое), работает точно и с настроением. На "Золушку"
            театр подготовил три состава исполнителей. Две из увиденных Золушек
            (Наталья Крапивина и Наталья Сомова) сделали партию под копирку. Обе
            - инфантильны, обе -милые беби. Такими остаются и на кухне, и на
            балу в Версальском дворце. Разницу в мимике не удалось разглядеть
            даже в бинокль. Но ведь замарашка родом из народных низов
            должна-таки переродиться в принцессу. Попытку совершает более
            опытная Крапивина, а Сомова, звонкая и лучезарная в первых сценах,
            обещает сей путь пройти в будущем. Преодолевая банальную лексику,
            точно выполняя текст, красиво тянут классические линии и актерски
            осмысляют роли (от беззаботного мальчишества до личностного
            поступка) оба Принца. И жизнерадостно искренний герой Михаила
            Пухова, и эстет-романтик Георги Смилевского. Остается сожалеть, что
            приезд труппы Бежара помешал посмотреть третий, самый интригующий
            состав: приму театра Наталью Ледовскую, легкую к перевоплощениям, и
            молодого солиста Сергея Теплова.
            Понятно, что после реконструкции театру хотелось начать со
            спектакля, приятного во всех отношениях, но просчитался он только в
            одном - в адресате. Для современных взрослых "Золушка" Виноградова
            слишком иллюстративна, а школьников виртуальный сквозняк унес
            слишком далеко от наивных сказок. Зато остаются дошколята, ровесники
            сына хореографа, и уж им-то зрелище наверняка придется по душе.
             

     

 

15 ноября 2006, Елена Федоренко, Культура